Эндар не мог уяснить доподлинно, как Целительница определяет этот иглотерапия, просто это было так. Во всяком похудения, ни разу не пришлось Капитану прибегнуть к е совету и звать девушку самому. Он ощущал приближение Аэль за несколько мгновений до того, как по туманному пологу входной арки пробегала лгкая дрожь, и призрачный занавес раздавался в стороны, пропуская гибкую стройную фигуру в алом. Поток тплой магии обволакивал Воителя мягкой волной, беспредельная совокупность Познаваемых Миров съживалась до пределов уюта его небольшой комнаты, память о нескончаемой череде кровавых битв отступала, и ощущение покоя заполняло всю сущность Алого Мага. Пережитое, гибель друзей, постоянное присутствие опасности, да и все прочие мысли и тревоги, глубоко, казалось бы, скрытые гдето на дне тайников его души блекли, таяли или даже вовсе отпадали подсыхающей корочкой с заживающей раны С Аэль было легко и просто. Она великолепно умела и говорить, и слушать сама. Эндар не раз ловил себя на том, что просто тонет в е огромных глазах, растворяясь в их бездонной глубине. Ей было интересно вс, Целительница вряд ли могла похвастаться богатым опытом путешествий по Познаваемой Вселенной в силу хотя бы своего возраста и интерес этот был вполне искренним.вместе с тем Аэль никогда не забывала о главном она выхаживала тяжело раненого воина. Касание е целебной магии было лгким и мягкопушистым, оно очищало душу и всю совокупность тел Мага от последних следов Чрного Яда подобно тому, как умелый реставратор снимет тонкой кисточкой следы патины с древнего артефакта.
Освобождение Сущности от Яда Разрушителей процесс длительный и кропотливый, и далеко не простой даже для опытного Целителя, но Аэль, несмотря на свою молодость сотня лет не возраст для Волшебницы, явно была Целительницей из лучших. Причм Эндар зачастую даже забывал, как и зачем он оказался здесь, и кто есть его прекрасная собеседница по сути дела. Просто было легко и спокойно, и хотелось, чтобы это ощущение сохранялось как можно дольше. Аэль казалась естественной, как солнечный свет, как дыхание, как шорох зелной листвы за оконным промом И так же просто, легко и естественно Целительница разделила с Капитаном ложе. Както в разгар их очередной неспешной беседы Воитель рассказывал чтото о Хранительницах, об их обычаях и образе жизни, даже о красоте Звздных Амазонок не вс, конечно, сокровенное наджно укрывалось в глубинах сознания под магическим защитным флром он вдруг взглянул на Аэль чутьчуть поиному, совсем чутьчуть. Нет, он отдавал должное е красоте и телесному совершенству с самого первого момента, как только увидел девушку, любой настоящий Маг остатся настоящим мужчиной, способным оценить влекущую силу древнейшей женской магии, просто в тот миг его взгляд както поособому скользнул по изгибам е тела, по лицу и волосам.тут Аэль встала с низкого полукреслаполуложа, на котором она уютно располагалась в нескольких шагах от Эндара, сидевшего перед невысоким столиком из тмнокрасного камня его сотворил сам Воитель, проверяя свои возвращающиеся магические способности, и шагнула к Магу. Неуловимая улыбка, скорее даже тень улыбки, тронула губы Волшебницы, она приблизилась к воину вплотную, а затем провела ладонью перед своим лицом и грудью сверху вниз. Алая, выглядевшая невесомой ткань с лгким шорохом соскользнула на пол, и девушка осталась совершенно обнажнной, не выказывая при этом ни тени смущения, робости или ложного стыда ничего не было в е бездонных глазах, кроме осознания собственной женской силы и теплоты. Оба протянули друг к другу руки одновременно Ощущение времени истаяло и исчезло. Оставались руки, губы, жар объятий, слившиеся воедино тела.
Любовь Магов настолько же богаче по трудно поддающейся описанию привычными понятиями гамме и спектру ощущений, насколько звучание оркестра превосходит по многообразию звучания дробь примитивного первобытного барабана, выдолбленного кремнвым рубилом из древесного обрубка и обтянутого сыроватой плоховыделанной звериной шкурой. Телесное сладострастие дополнялось слиянием Тонких Тел, резонансом Душ, неземным наслаждением Единения. Так бывало у Эндара и раньше, с другими Волшебницами на его долгом и причудливо извилистом пути по Дорогам Миров, но сейчас ему не хотелось проводить никаких параллелей. Есть подарок судьбы, и надо воспринимать этот подарок таким, каким он дан.